Части речи в русском языке и как объяснить их ребенку просто

Однажды языковед Лев Щерба, будущий академик, предложил студентам странную фразу. В самом известном варианте она звучит так.

«Глокая куздра штеко будланула бокра и курдячит бокренка».

Ни одного настоящего слова, если не считать союза «и». Ни одного знакомого корня. И все же каждый, кто вырос с русским языком, видит за этой абракадаброй целую историю. Некая куздра, существо женского рода, резко и за один раз что-то сделала с бокром. А теперь взялась за его детеныша и никак не оставит его в покое.

Откуда такая уверенность? Из улик.

Окончание в слове «глокая» выдает признак, причем признак героини женского рода. Суффикс -ну- в «будланула» сообщает, что действие совершилось одним рывком. Суффикс -л- подсказывает, что оно уже случилось, а окончание -а выдает, что совершила его героиня. «Курдячит» звучит как процесс, который идет прямо сейчас. А «бокренок» явно маленький, как теленок или котенок. Позже эту фразу подхватил Лев Успенский в книге «Слово о словах», и куздра пошла гулять по школьным кабинетам всей страны.

Фокус Щербы раскрывает главный секрет темы. Части речи в русском языке узнаются не только по смыслу. Каждое слово носит на себе приметы своей профессии, даже когда смысла в нем нет совсем. Ребенок, который научился эти приметы замечать, перестает гадать. Он начинает расследовать.

Так мы и предлагаем подходить к теме дома. Как к делу, где есть улики, версии и проверка.

Что такое часть речи и зачем ребенку это знать

Представим восьмилетнюю Веру. Она живет в Торонто, ходит в канадскую школу, а по субботам занимается русским. Над домашним заданием Вера сидит с видом человека, которого обидели.

«Зачем мне знать, что кот — существительное? Я и так знаю, что он кот».

Вопрос честный. И ответ на него стоит дать честный, без ссылок на «так положено».

Частью речи называют большую группу слов с общими приметами. У них совпадают общее значение, набор грамматических признаков и обычная роль в предложении. Все слова, которые обозначают предмет и отвечают на вопрос «кто?» или «что?», ведут себя похоже. Большинство из них изменяется по числам и падежам. Есть и исключения: «пальто» не склоняется, а «ножницы» употребляются только во множественном числе и рода не имеют. И все же пишутся слова этой группы во многом по общим законам.

Вот здесь и прячется практическая польза. Многие правила орфографии работают только тогда, когда известна часть речи. Слова «плач» и «плачь» звучат одинаково. Но первое называет предмет, горький детский плач, и мягкий знак ему не нужен. Второе велит что-то сделать, и после шипящей у такого глагола мягкий знак пишется. Без определения части речи ребенок угадывает. С ним он знает.

То же с частицей «не». С глаголами она почти всегда пишется раздельно: «не знал», «не видел». С существительными и прилагательными картина сложнее, там бывает и «неправда», и «невысокий». Чтобы выбрать, нужно сначала понять, с кем имеешь дело.

Сколько всего частей речи? В российской школьной программе обычно называют десять. Шесть самостоятельных, три служебных и отдельно междометие. Если ребенку нужно выучить все части речи разом, удобно держать в голове именно эту формулу: шесть, три и одно особняком.

Правда, у формулы есть сноска. Причастие и деепричастие в одних учебниках считают особыми формами глагола, в других выделяют в отдельные части речи. Ученые спорят об этом давно, и спор не закрыт. В некоторых программах появляется еще и категория состояния, слова вроде «холодно», «жаль», «можно». Родителю пугаться не стоит. В начальной школе ребенок встретит основные части речи, а тонкости классификации подождут до средних классов.

Самостоятельные части речи и вопросы, по которым их узнают

Самостоятельные части речи называют предметы, признаки, действия, количество или указывают на них. Именно на этих словах держится смысл предложения. Если убрать их, останется горстка мелких слов вроде «в», «и», «не», из которых ничего не понять.

Их удобно свести в таблицу, где в одной колонке стоит часть речи, в другой вопросы, в третьей значение, в четвертой примеры. Пройдем по ним по очереди.

Имя существительное отвечает на вопросы «кто?» и «что?» и называет предмет в самом широком смысле: кот, дом, дождь, радость. Про noun gender у нас написана подробная статья, поэтому здесь коротко. Существительное обычно имеет род и меняется по числам и падежам, а про исключения вроде «пальто» уже сказано выше.

Имя прилагательное узнают по вопросам «какой?», «какая?», «чей?», а называет оно признак предмета: рыжий, теплый, лисий. Оно подстраивается под существительное в роде, числе и падеже. А откуда у прилагательных такая грозная репутация, что их побаиваются даже продвинутые ученики, рассказано в нашей статье о прилагательных.

С глаголом в доме всегда что-то происходит. Кот спит, Вера рисует, а к вечеру уже нарисовала. Узнать его помогают вопросы «что делать?» и «что сделать?», и обозначает он действие или состояние. У глагола есть время, вид, спряжение. Спряжению and виду глагола посвящены еще два наших материала.

Теперь три части речи, о которых родители вспоминают реже.

Числительное появляется на сцене, когда приходит время считать. Сколько у Веры карандашей? Двенадцать. Который из них сломался? Пятый. Отсюда два вопроса этой части речи и два ее лица: количество и порядок. На слове «пятый» ребенок может споткнуться. Вопрос у него почти как у прилагательного, окончание такое же, и рука сама тянется записать его не в ту графу. В школьной грамматике его считают порядковым числительным, хотя некоторые лингвисты с этим и не согласны.

Местоимение устроено хитрее всех. Оно ничего не называет, а только указывает. «Он», «мой», «этот», «кто-то», «никакой». У большинства местоимений нет своего постоянного вопроса, как у других частей речи. Они «заимствуют» вопрос у того слова, на место которого встают: «он» отвечает на «кто?», как существительное, а «мой» отвечает на «чей?», как прилагательное. Именно поэтому местоимение так часто становится уликой, которая сбивает следствие с толку.

Наречие обозначает признак действия или другого признака. Вопросы у него свои: «как?», «где?», «когда?», «куда?», «почему?». Быстро, дома, вчера, налево, сгоряча. Главная примета наречия в том, что оно не склоняется и не спрягается. Ни падежей, ни рода, ни числа. Слово «быстро» никогда не превратится в «быструю» или «быстрого». Позволено ему только одно: образовать степень сравнения «быстрее».

Можно устроить такую игру за кухонным столом. Взрослый называет вопрос, а ребенок за три секунды выпаливает слово, которое на него отвечает. «Куда?» «Домой!» «Какой?» «Кислый!» «Сколько?» «Сорок!» Ставок нет, но проигрывать почему-то не хочется. Игра простая, и в ней ребенок раз за разом сам связывает вопрос со словом.

Служебные части речи и маленькие слова с большой работой

Служебные части речи похожи на скрепки и клей. Сами по себе они ничего не называют, на вопросы не отвечают и членами предложения не бывают. Зато без них предложение рассыпается.

Предлоги связывают слова и показывают отношения между ними: где, куда, откуда, из-за чего. «В», «на», «под», «около», «из-за», «вместо». Сравните «кот на шкафу», «кот под шкафом» и «кот вместо шкафа». Существительные одни и те же, а сцена каждый раз новая. Предлог работает в паре с существительным, местоимением или числительным и требует от него определенного падежа.

«Вера пошла гулять, потому что дождь кончился». «Вера пошла гулять, хотя дождь не кончился». Сменился союз, добавилась крошечная частица, и героиня из разумной девочки превратилась в упрямую. Такие слова-переключатели называют союзами. Они соединяют слова и целые части предложения, и в этой компании «и», «а», «но», «или», «чтобы», «если». Союз похож на дирижера, который объясняет, как связаны две мысли.

Частицы добавляют оттенки смысла или помогают образовать форму слова. «Не», «ни», «ли», «же», «бы», «даже», «только», «вот». Частица «бы» превращает факт в мечту: «пошла» и «пошла бы». Частица «даже» добавляет удивления. «Не» переворачивает смысл на противоположный. Маленькие слова, а интонацию задают именно они.

Отдельно от двух больших групп стоит междометие. «Ах», «ой», «ура», «эх», «тсс». Оно не называет чувство, а прямо его выражает. Рядом с междометиями школьные учебники обычно размещают и звукоподражательные слова вроде «мяу» или «тук-тук».

В речи детей, выросших в англоязычной среде, можно встретить такую историю. Предлог на месте, а падеж после него потерялся: «Я иду в школа», «книга на стол». Здесь возможно влияние английского, где нет такой системы падежных окончаний, но по одной фразе причину ошибки не установить. Об этом подробнее чуть ниже, в разделе про два языка.

Как определить часть речи слова по шагам

Вернемся к методу следователя. Перед нами незнакомое слово, и задача в том, чтобы установить его личность. Действовать удобно по одной схеме, с поправкой на тип слова.

Для самостоятельного слова можно начать с вопроса. Задают его не наугад, а от того слова, к которому подозреваемое привязано по смыслу. В предложении «Вера быстро нарисовала рыжего кота» спрашиваем от глагола. Нарисовала как? Быстро. Вопрос «как?» сразу подбрасывает версию, и версия указывает на наречие. У служебного слова вопроса нет, поэтому смотрят, какую связь или оттенок смысла оно выражает.

Одного вопроса мало, следователю нужно подтверждение. Поэтому дальше смотрят на значение. Что слово обозначает: предмет, признак, действие, количество? «Быстро» описывает, каким было действие. Версия держится.

Потом слово пробуют изменить. Поставить в другой падеж, в другое число, в другое время. Падежа, числа и времени у «быстро» нет, оно упрямо остается собой. Еще одна улика в пользу наречия.

И напоследок проверяют, чем слово занято в предложении. Наречие обычно служит обстоятельством, и здесь все сходится.

Дело закрыто. Но настоящий интерес начинается там, где улики противоречат друг другу.

Возьмем слово «мой». В словосочетании «мой рюкзак» оно отвечает на вопрос «чей?» и указывает на хозяина. Местоимение. А теперь фраза «Мой руки перед ужином». Здесь «мой» велит что-то сделать, и это форма глагола «мыть» в повелительном наклонении. Внешне слово то же самое, а часть речи другая. Такие совпадения называют омоформами, это особый вид омонимов, и русский язык ими полон. «Печь пироги» и «русская печь». «Стекло разбилось» и «молоко стекло по стенке стакана». Без вопроса и без проверки значения тут легко попасть пальцем в небо.

Когда ребенок освоится, уже в конце начальной школы, а потом и в средних классах, его ждет полный разбор слова как части речи, который в учебниках называют морфологическим разбором. Порядок у него строгий. Сначала называют часть речи и ее общее значение. Потом ставят слово в начальную форму. Затем перечисляют постоянные признаки, которые не меняются, и непостоянные, которые зависят от употребления. В конце указывают роль слова в предложении.

Для глагола «нарисовала» это выглядит так. Перед нами глагол, он обозначает действие и отвечает на вопрос «что сделала?». В начальной форме он звучит как «нарисовать». К постоянным признакам относятся совершенный вид, переходность и первое спряжение. А вот изъявительное наклонение, прошедшее время, единственное число и женский род появились только в нашей фразе, ведь рисовала Вера. В предложении глагол служит сказуемым.

Звучит громоздко, но на деле разбор оказывается тем же допросом свидетеля, только с протоколом. Родителю полезно помнить, что каждый шаг опирается на предыдущий. Если ребенок ошибся с частью речи в самом начале, весь протокол поедет. Поэтому тренировать стоит прежде всего первые два хода: вопрос и значение.

Части речи в русском и английском, где путаются билингвы

Канадская или американская школа тоже учит детей раскладывать слова по группам, и групп там обычно восемь. Из русского набора в этом перечне пропали числительное и частица, зато остальные на месте, от существительного до междометия. Ребенку может показаться, что тему он уже проходил. Обманчивое ощущение.

Заметная разница прячется в окончаниях. В английском слово часто меняет профессию, не меняя внешности. Run может означать и «бег», и «бежать». Fast переводится и как «быстрый», и как «быстро». Там особенно важны окружение слова и его роль в предложении. В русском окончания и суффиксы часто дают дополнительные подсказки: бег, бегать, беговой, бегом. Но контекст нужен и здесь: вспомните «мой рюкзак» и «мой руки».

Отсюда могут рождаться ошибки. Ребенок говорит «он бегает быстрый», а в голове у него, возможно, звучит he runs fast. Улика налицо: признак действия оформлен как признак предмета. Лечится такая путаница вопросом. Бегает как? Быстро. Мальчик какой? Быстрый.

Окончания решают и еще одну задачу, которую английский отдает порядку слов. Сравните «Вера нарисовала кота» и «Кота нарисовала Вера». Смысл тот же, потому что окончания говорят, кто рисовал и кого нарисовали. В английском перестановка слов переворачивает все: художник и модель меняются местами. Ребенок-билингв, привыкший к жесткому английскому порядку, может не обращать внимания на окончания. Возможно, отчасти отсюда и «книга на стол».

Есть ловушка и совсем бытовая. Ребенок может сказать «я хороший», когда хочет сообщить, что у него все в порядке. Возможно, в голове при этом звучит I’m good. Но «хороший» оценивает человека, а состояние в русском передают иначе: «мне хорошо». Слово «хорошо» здесь относится к категории состояния, которую одни учебники выделяют отдельно, а другие причисляют к наречиям. Ребенку классификация не важна. Важно почувствовать, что «мне хорошо» и «я хороший» рассказывают разные истории.

Есть и обратный эффект, вполне забавный. Английские слова, попадая в русскую речь, тут же получают русские приметы. В смешанной речи можно встретить «скейтить», «чекнуть», «зашерить». Английский корень, а суффикс и окончание русские, и часть речи сразу видна. Глокая куздра в действии, только наоборот: смысл знаком, а оформление свое.

Наконец, артикли. Иногда ребенок по привычке ищет, чем заменить английские a and the. В русском артиклей нет, но слова «один» и «этот» могут быть нужны по смыслу: «один мальчик» вполне может значить «некий мальчик». Убирать их только потому, что в английской фразе был артикль, не стоит. Лучше спросить ребенка, что он хотел сказать.

Игры и упражнения для дома

Учебник дает правила, а закреплять их дома удобно в игре. Вот несколько способов, для которых не нужны ни карточки из магазина, ни час свободного времени.

Начните с куздры. Прочитайте ребенку фразу Щербы и спросите, кто кого обидел. Потом предложите сочинить свою. «Пухлявая мурта гопко заскуфила тарпа». Пусть ребенок сам решит, кто тут предмет, кто признак, кто действие, и объяснит почему. В этой игре ребенок узнает части речи даже в словах, которых не существует, и опирается на окончания и суффиксы.

Дальше подойдет охота на служебные слова. Откройте любимую книгу на случайной странице и дайте задание найти все предлоги. Или все частицы «не». Каждая находка приносит очко. Ребенку приходится искать мелкие слова, мимо которых глаз обычно проскакивает, а заодно смотреть и на падежи после предлогов.

Можно поиграть и в превращения. Взрослый называет слово, а ребенок превращает его в другие части речи. Лес, лесной, по-лесному. Бег, бегать, беговой, бегом. К каждому превращению ребенок подбирает свой вопрос: «что?», «что делать?», «какой?», «как?».

Для дороги в машине, например на тренировку или в магазин, годится та же игра с вопросами, что и за кухонным столом. Вопрос, три секунды, ответ. Можно меняться ролями, и тогда ребенок сам придумывает вопросы для взрослого. А если ошибется взрослый, у ребенка появится законный повод его поправить.

И последнее упражнение, самое короткое. Одно предложение за ужином. Кто-то из семьи говорит фразу о прошедшем дне, а остальные определяют часть речи каждого слова. Пять минут, не больше. Время от времени возвращайтесь к знакомому предложению и смотрите, какие слова ребенок уже разбирает самостоятельно.

Если расследование дома буксует или времени на него просто нет, его можно продолжить вместе с нами. В Palme School дети с четырех лет занимаются русским онлайн в малых группах, урок длится 40 минут. Начать можно бесплатно. Методист послушает, как ребенок говорит, оценит его уровень и подскажет, с чего лучше начать, и это скорее знакомство, чем экзамен. А в группах первые два урока бесплатные: на них ребенок знакомится с программой и преподавателем, а разгадывать языковые загадки вместе с учителем гораздо веселее, чем в одиночку. Как устроены групповые занятия, рассказано на странице курса «Русский для билингвов». Если ребенку легче раскрываться одному, без соседей по экрану, подойдут Private lessons, где бесплатным будет первый урок с определением уровня.

Частые вопросы про части речи