В техасском городке Плейнвью две школы только что получили награду. Не за оценки. Не за олимпиаду по математике. За лидерство учеников. Команды ребят отметили за то, что они вели за собой, придумывали проекты, помогали школе и городу.
И это не единичный случай. В том же Техасе такую награду в этом году получили 167 школьных команд. Целый штат чествует детей не за пятерки, а за умение повести за собой. Для родителей из русскоязычных семей тут спрятан важный сигнал, и стоит в нем разобраться.
Что за награда и кому ее дают
Раздает ее TEPSA, техасская ассоциация директоров начальных школ, организация солидная, работает с 1917 года. Награду за ученическое лидерство она придумала в 2018 году и с тех пор каждый год отмечает команды школьников, которые заметно повлияли на свою школу.
А влияют дети по-взрослому. Запускают программы чтения для младших, проводят кампании доброты, чествуют учителей и ветеранов, берут шефство над малышами, придумывают проекты, помогают местным семьям. И это не из-под палки на уроке, а по собственной инициативе. Отдельно ассоциация проводит воркшопы, где детей четвертых-седьмых классов учат внятно говорить, мотивировать других и вести за собой. С 1999 года через них прошло больше сорока тысяч школьников.
Вдумайтесь. Лидерству учат как предмету. С начальной школы. И публично награждают, как у нас награждали за победу на олимпиаде.
А теперь про культурный разрыв
И вот тут начинается интересное для нашей семьи. Многие родители, что растят детей за океаном, выросли в другой школе. Той, где ценилось обратное: не высовывайся, сиди тихо, говори, когда спросят, не выпендривайся. Скромность была добродетелью, а инициатива часто выходила боком.
А ребенок этих родителей попадает в школу, где правила перевернуты. Тут поощряют ровно то, за что дома по привычке могли одернуть. Поднимай руку. Спорь. Бери слово. Веди команду. И выходит, что дома ребенку, пусть и без злого умысла, передают старую установку держаться в тени, а школа требует выходить вперед. Между двух огней растерянно стоит ребенок.
И это не мелочь. Потому что мир, в котором ему жить, устроен скорее по американской модели. Умение держаться на людях, говорить, убеждать, вести за собой пригодится при поступлении в колледж, на работе, в жизни. Это те самые гибкие навыки, soft skills, которые все чаще ценятся выше зубрежки. Формулу можно загуглить, а вот повести за собой команду не подсмотришь.
Где тут подвох для двуязычного ребенка
Подвох коварный, и о нем стоит сказать прямо. Все эти навыки живут в языке. И в школе ребенок осваивает их по-английски: на английском он и руку тянет, и проект защищает, и спорит с друзьями. А русский тихо оседает на кухню, превращается в язык быта и бабушкиных разговоров.
Получается перекос. По-английски ребенок растет смелым и заметным, а по-русски остается тихоней, потому что в русском у него нет ни практики споров, ни слов для тонкого разговора. На родном языке он и двух фраз на публику не свяжет. Один ребенок, а будто два разных человека, смотря на каком языке говорит.
И вот здесь у родителя появляется работа. Дать ребенку ту же смелость и тот же голос, но на русском. Чтобы родной язык не съежился до просьб про поесть, а остался полноценным: чтобы на нем можно было и пошутить, и поспорить, и постоять за себя.
Чем тут поможет Palme School
Как раз эту задачу и решает курс Soft Skills в Palme School. Тут не зубрят правила в тишине, а тренируют ровно то, за что в Техасе вручают награды: умение общаться, держаться на людях, договариваться, не сдаваться при неудаче, управлять собой. Только на русском языке.
Берут сюда ребят с шести и до пятнадцати. Работают сразу над двумя сторонами. С одной, над тем, что помогает собой управлять: довести дело до конца, спланировать, удержать себя в руках, не растерять по дороге половину. С другой, над тем, что нужно среди людей: услышать другого, договориться, не спасовать, поверить в себя. И почти все время уходит не на лекции, а на дело, ребята играют, разбирают живые ситуации, тянут общие проекты. Группы крохотные, по нескольку человек, и собирает их не репетитор, а специалист, который понимает детскую психологию. Начинают с двух бесплатных встреч: сперва смотрят, что у ребенка проседает, потом дают пробное занятие в группе. А сдвиги, как говорят сами родители, проступают где-то через месяц: ребенок ровнее переносит неудачи, охотнее открывает рот, реже ждет понуканий.
Так ребенок получает то же, что ценят в американской школе, смелость, голос, умение вести за собой, но в родной языковой среде, и заодно крепнет его русский.
Главное
Американские школы все настойчивее учат детей лидерству и публично его награждают, и за этим стоит большой сдвиг: гибкие навыки ценятся выше зубрежки. Для русскоязычной семьи тут двойная задача. Важно, чтобы ребенок рос смелым и заметным не только по-английски, но и по-русски, иначе родной язык так и останется тихим языком кухни. О наградах за ученическое лидерство в техасских школах можно прочитать в материале издания My Plainview.
01 Почему американские школы придают лидерству такое значение?
Потому что гибкие навыки, умение общаться, вести за собой, договариваться, все чаще ценятся выше академических знаний, и в колледже, и на работе. Школы это понимают и развивают лидерство целенаправленно, с младших классов, а лучшие команды публично награждают, как техасская ассоциация TEPSA, отметившая в этом году 167 школьных команд.
02 Почему для ребенка-билингва это особенно важно?
Потому что лидерские и коммуникативные навыки ребенок осваивает в школе по-английски. По-русски у него часто нет ни практики, ни слов, чтобы спорить, шутить, выступать. В итоге на родном языке он остается зажатым, и язык рискует сжаться до бытового. Чтобы этого не случилось, ребенку нужна среда, где он говорит и держится на людях и по-русски тоже.
03 Можно ли развивать лидерство и уверенность на русском языке?
Да, и это вдвойне полезно: ребенок и навыки тренирует, и язык поддерживает. Подходят занятия, построенные на живом общении, а не на молчаливой зубрежке: игры, командные проекты, обсуждения, выступления. Именно так устроен курс soft skills в Palme School для детей от шести до пятнадцати лет.
