Первый из двух плакатов этой истории напечатали белые, в 1919 году или, по другим сведениям, в 1918-м. С листа на прохожего глядит офицер в фуражке, палец направлен прямо на него, а надпись интересуется: «Отчего вы не в армии?»
Через год в Москве вышел другой плакат. Красноармеец в буденовке, тот же палец, нацеленный в зрителя, и вопрос «Ты записался добровольцем?».
Жест один. Разница в одном местоимении.
Первый плакат сегодня знают в основном историки. Второй помнит почти каждый, кто вырос в СССР, его пародируют до сих пор. Белые проиграли войну, и их плакат ушел в архивы вместе с армией. Но и сами тексты у двух плакатов заметно разные.
Кто кому говорит «вы»
Автор белого плаката неизвестен. По одной из версий, фигуру офицера он перерисовал с итальянского плаката 1917 года, который звал подписываться на военный заем. Там вежливое обращение было к месту, у человека просили денег. Здесь человека звали на фронт, и для современного читателя это «вы» создает совсем другую дистанцию.
Дмитрий Моор, настоящая фамилия Орлов, рисовал свой плакат в июне 1920 года, в тяжелый для Красной армии момент. «Ты» у него короткое и прямое, так говорят с соседом по окопу. Позже Моор вспоминал, что собирал отзывы о плакате. Некоторые признавались, что им было стыдно перед ним за то, что не записались.
Для русскоязычного читателя разница очевидна с первого слова. Ребенку, который растет с английским, ее приходится объяснять, потому что в английском на этом месте одно you. Как «ты» и «вы» устроены вместе с остальными местоимениями, мы разбирали в статье про русские местоимения.
Лондон, 1914
Знаменитым этот жест сделали не в России. В сентябре 1914 года художник Альфред Лит нарисовал для обложки журнала London Opinion военного министра лорда Китченера. Тот смотрел в упор и указывал на читателя пальцем в перчатке, а подпись гласила Your Country Needs You. Вскоре тот же образ перешел на вербовочный плакат. В 1917-м Джеймс Флэгг посадил в ту же позу Дядю Сэма с надписью I want you.
В англоязычных подборках soviet propaganda posters Моора обычно ставят рядом с ними. Видел ли он британский или американский плакат, прямых свидетельств нет. Но к 1920 году этот жест уже понимали в Лондоне, Нью-Йорке и Риме.
Интереснее здесь грамматика. Китченер и Дядя Сэм сообщают, чего хотят от зрителя: стране нужен ты, я хочу тебя. Моор вместо этого задает вопрос. Можно пройти мимо плаката, но не ответить на вопрос хотя бы про себя уже труднее.
Окна вместо стен
В те же годы в Москве плакат придумали делать по-другому. С осени 1919 года Российское телеграфное агентство, сокращенно РОСТА, выставляло в витринах пустых магазинов серии рисунков с короткими подписями. Картинки шли по номерам, как кадры, и читались слева направо.
Делали их Михаил Черемных, Владимир Маяковский и еще несколько художников, а многие подписи сочинил сам Маяковский. Рисунки размножали вручную через трафарет, и новость попадала на улицу очень быстро. Пальца здесь нет вовсе, работу за него делает рифма. Строчку, которая звенит, прохожий уносит с собой, даже если на картинку не посмотрел. На сайтах о soviet art propaganda Окна РОСТА чаще показывают как графику, хотя читать их стоит не меньше, чем рассматривать.
Лозунги в те годы вообще брали простотой. Почему у большевиков это получалось лучше, чем у противников, мы рассказывали в статье про революцию 1917 года.
Не болтай
В 1941 году палец вернулся, только теперь к губам.
На плакате Нины Ватолиной и Николая Денисова женщина в красной косынке прижимает палец ко рту. Надпись в два слова, «Не болтай!», а ниже стихи Самуила Маршака о том, что в такие дни и стены подслушивают, а от болтовни недалеко до измены.
Плакат больше не зовет идти куда-то. Он просит промолчать. Запрет в русском обычно строится с глаголом несовершенного вида: «не болтай», «не открывай», «не трогай». У совершенного вида с «не» оттенок другой. «Не забудь» или «не опоздай» звучат скорее как предостережение, и плакату такой оттенок был бы не нужен.
В том же 1941 году вернулся и прежний палец. Моор переработал свою композицию для новой войны, и красноармеец спрашивал уже «Ты чем помог фронту?». Жест, вопрос и «ты» остались на месте, поменялось только то, чего от зрителя ждут.
Рука, которая затекала
Семья Ираклия Тоидзе рассказывала эту историю так. В воскресенье 22 июня 1941 года он сидел над рисунками к поэме Руставели, когда в мастерскую ворвалась жена. Тамара только что услышала по радио о нападении Германии, и первым ее словом было «Война!». Тоидзе велел ей не двигаться и тут же взялся за карандаш. Сын Тоидзе потом рассказывал, что поднятая рука у матери все время затекала.
Так появился плакат «Родина-мать зовет!». Женщина поднимает руку, в другой держит текст военной присяги, за ней штыки.
Пальца нет, и прямого обращения тоже. Плакат не говорит ни «ты», ни «вы», он сообщает в третьем лице, что мать зовет. Кого именно, зритель решает сам, и почти всегда решает, что его.
Несколько секунд на тротуаре
За двадцать с небольшим лет рука на плакате несколько раз сменила работу. У Моора она выбирала человека из толпы, у Ватолиной и Денисова останавливала его. А у Тоидзе она уже ни на кого не указывала.
Времени на свою работу у плаката было несколько секунд, пока человек шел мимо. Поэтому художнику хватало выразительного жеста и лица, а подписи хватало нескольких слов, которые невозможно не дочитать.
Покажите ребенку два плаката, например «Ты записался добровольцем?» и «Не болтай!», и закройте подписи. Что, по его мнению, говорит нарисованный человек? Потом откройте текст и сравните. Со старшими можно поменять подписи местами и обсудить, почему картинка сразу начинает работать хуже.
Мы в Palme School учим русскому онлайн детей от четырех до семнадцати лет в небольших группах. Начать можно на двух бесплатных уроках. Первым будет встреча с методистом, он определит уровень и подберет группу, а вторым станет пробный урок в этой группе с преподавателем.
Частые вопросы про советские плакаты
Кто автор плаката «Ты записался добровольцем?» и когда он вышел?
Дмитрий Моор, настоящая фамилия Орлов. Псевдоним он взял еще в 1907 году, когда рисовал для сатирического журнала «Будильник». Плакат выпустил в июне 1920 года, во время Гражданской войны, литературно-издательский отдел Политического управления Реввоенсовета. Это цветная литография высотой чуть больше метра.
Откуда взялся плакат с указательным пальцем?
Первым широко известным стал британский образ 1914 года, где лорд Китченер указывает на зрителя, сначала на обложке журнала London Opinion, потом на вербовочном плакате. В 1917 году тот же прием повторили в США с Дядей Сэмом и в Италии на плакате военного займа. В России одними из первых его использовали белые, а в 1920 году Моор сделал свой вариант. Видел ли он западные образцы, прямых свидетельств нет.
Что такое Окна РОСТА?
Агитационные листы Российского телеграфного агентства, которые выходили в 1919–1921 годах и откликались на новости очень быстро. Окнами их называли потому, что листы вешали в витрины, чаще всего опустевших магазинов. Над ними работали Михаил Черемных, Владимир Маяковский и другие художники. В годы Великой Отечественной ту же идею подхватили Окна ТАСС.
Кто позировал для плаката «Родина-мать зовет!»?
По семейным воспоминаниям, жена художника Ираклия Тоидзе Тамара, которая первой принесла ему весть о войне. Сам плакат был готов в первые дни войны, и уже летом 1941 года его печатали огромными тиражами.
Почему на советских плакатах обращаются к зрителю на «ты»?
Не на всех, но на самых известных. Короткое «ты» делает обращение личным, так говорят со своим. Белый плакат 1919 года с тем же жестом держался вежливого «вы», а по-русски так обращаются скорее к незнакомому человеку. Позже появился и третий вариант, как у Тоидзе, где плакат вообще обходится без обращения.
